«Ты не уходи, а сделай вид, что спрятался»: Западные бренды в России исчезать не намерены, но…

В 2025 году на предприятия оптовой и розничной торговли, которые находятся в иностранной или смешанной собственности, пришлось чуть более 10% совокупной выручки подобных компаний, что составляет около 17 трлн рублей из 163 трлн.

Это практически в два раза меньше, чем в 2021 году в процентах, когда их доля равнялась 20%. Хотя в рублях гораздо меньше: 23 из 114 трлн., свидетельствует информация Росстата и СПАРК.

Среди торговых организаций, имеющих код «Общероссийского классификатора форм собственности» 17 «собственность иностранных юридических лиц», либо 16 «совместная частная и иностранная собственность», лидируют Mercury Retail с выручкой 1,7 трлн рублей и Fix Price 331 млрд. Часто за офшорными или иными иностранными структурами фактический контроль сохраняют российские предприниматели, поэтому в этот список заносят и «Вкус Вилл» с его 359 млрд рублей. Хотя это вроде как российская компания, принадлежащая Андрею Кривенко. В открытых реестрах юрлиц она не классифицируется как бизнес с иностранным участием.

Читайте также

Три кита на семи холмах. Вместо экономических реформ нам предлагают игру в считалочки Валентин Катасонов: Все нацпроекты провалены, никто из чиновников ответственности за это не понёс

Экономист Юрий Горохов подтверждает, что среди крупнейших по выручке российских ритейлеров есть компании, среди владельцев которых прослеживаются иностранцы:

— Это «Метро кэш энд керри» получивший в прошлом году 260 млрд рублей, «Спортмастер», разбогатевший на 166 млрд рублей, выручка «Гиперглобуса» составила около 100 млрд рублей, сеть магазинов «Верный» получила — 154 млрд рублей, «Л'Этуаль», 108 млрд рублей, Melon Fashion Group со 100 млрд рублей и обувная сеть «Кари» — 99 млрд рублей.

На конец 2025 года иностранному капиталу также принадлежали «Лемана про» (550 млрд рублей) и «Ашан» (250 млрд рублей), однако в сентябре президент Владимир Путин перевёл их под временное управление АО «Л.Е.В. менеджмент».

«СП»: С этими «иностранными» названиями такая путаница! Как среди них оказалась сеть магазинов «Верный», чей владелец — ООО «Союз святого Иоанна Воина»?

— Данная компания выступает операционной структурой. До недавнего времени 100% её долей принадлежали кипрской фирме Edpal Ltd, так что все права на российский бизнес юридически находились под контролем организации, зарегистрированной вне России. Организация-владелец сменилась, вместо кипрской структуры появилась одноимённая, зарегистрированная уже на Маврикии. А за офшоркой стоит Андрей Рогачев, основатель сети. Он же создал сети «Пятерочка» и «Карусель».

«СП»: Так иностранный бизнес в России — он ушёл или спрятался?

— Не столько «ушёл», сколько трансформировался, сменив форму присутствия. Произошла не полная ликвидация, а глубокая структурная перестройка.

Статистика фиксирует масштабное сокращение формального присутствия иностранного капитала, сокращение числа компаний. На апрель 2026 года в России насчитывалось 14 273 компании с иностранным капиталом, что на 35% меньше, чем в апреле 2022 года. За четыре года ликвидировано 10 833 таких компании.

Лидерами по закрытию стали юрисдикции Кипра, Сейшельских островов и Великобритании. За 2022−2025 годы компании из «недружественных» стран недополучили в России более $610 млрд выручки.

При этом из 3,4 тыс. западных компаний, работавших в стране, 1,8 тыс. либо полностью прекратили деятельность, либо приостановили.

«СП»: Но, несмотря на все эти цифры, значительная часть бизнеса не покинула наш рынок?

— Но изменила форму присутствия. Многие компании переводят регистрацию в Россию. К 2025 году более 500 организаций сменили зарубежную прописку на российскую в упрощенном порядке. Другие меняют юрисдикцию, как владелец фабрик Japan Tobacco, который сначала ушёл в Люксембург, а затем в Швейцарию, чтобы минимизировать санкционные риски и сохранить бизнес.

Активы компаний часто переходят под контроль российских предпринимателей или управляющих. Это позволяет сохранить операционную деятельность, но под новым «фасадом».

При этом знакомые бренды товаров не то, чтобы вовсе исчезли с полок. Так Zara, Bershka, Massimo Dutti вновь продаются в России через сеть «Твое». Параллельный импорт, хоть и стал менее рентабельным, продолжает насыщать рынок западными товарами, считает эксперт…

На место западных инвесторов приходят новые. Абсолютным лидером по экспансии стал Китай, число компаний из которого выросло на 32%. Активно входят в Россию фирмы из Турции, ОАЭ, Индии и Южной Кореи.

Но нам-то, покупателям, какая разница, кто владеет тем или иным магазином? Лишь бы на полках были хорошие и недорогие товары. Кстати, доля отечественных производителей в общем объёме реализованной продукции достигла 65−70%, в то время как в 2021 году она не превышала 55%.

В продовольственном ритейле сдвиг в сторону отечественной продукции существенный, особенно в сегменте товаров повседневного спроса, молочной продукции, мяса, хлебобулочных изделий, где локализация превышает 95%. Ритейлеры активно развивают собственные торговые марки, а локальные производители товаров повседневного спроса запускают новые категории.

Благодаря политике импортозамещения доля локальных производителей постепенно увеличивается. Торговля российскими товарами приносит больше прибыли, чем от импорта. Свой производитель предоставляет ритейлеру лучшую закупочную цену, позволяет быстрее вводить собственные торговые марки и отсутствуют валютные риски.

Читайте также

Книжный бумс. Рынок печатной продукции теряет обороты не только из-за налётов беспилотников Профессор Александр Петров: Чтобы вернуть читателя, его надо сильно удивить

А вот в сегменте непродовольственных товаров на российском рынке по-прежнему преобладает импорт, его доля составляет около 75%. Вот только структура завоза по странам претерпела кардинальные изменения, и если в 2021 году до 40% товаров широкого потребления были западными, то к 2024 году этот показатель упал до 12%. Освободившиеся ниши заняли поставщики из Китая, Турции и других азиатских стран.

Наибольшая доля импорта наблюдается в электронике, автомобилях, а также в премиальной парфюмерии и одежде мировых брендов. Долю китайских товаров на розничном непродовольственном рынке России в целом можно оценить в 45−50%, при этом на рынке автомобилей и электроники, одежды и обуви она превышает 80%.

В прибыльности китайского импорта сильный разброс. Дешёвые товары дают минимальную наценку из-за жёсткой конкуренции. Ввоз брендовой китайской электроники и автомобилей долгое время считался высокоприбыльным. Ритейлеры, заключившие прямые контракты с китайскими заводами, минуя посредников, получали маржу до 30−40% из-за ограниченного предложения и высокого спроса. Но постепенно дилеры столкнулись с падением рентабельности из-за валютных и логистических рисков.

С 2021 года работа с западным импортом стала дороже и сложнее, чистая доходность для торговых компаний в этом сегменте снизилась. Отечественные производители получили конкурентное преимущество. Увеличение на 60% доли местных брендов свидетельствует об их адаптации к рынку. Однако рост тарифов естественных монополий и нехватка кадров начали оказывать давление на себестоимость в 2024—2025 годах.

Параллельный импорт из западных стран сейчас, как поговаривают, имеет низкую или даже отрицательную рентабельность. В 2022—2023 годах наценка на него достигала 50−100% из-за дефицита. К 2025 году цепочки наладились, но издержки на транзит через Армению, Казахстан, ОАЭ и Турцию, таможенное оформление съедают всю маржу. Торговля западной техникой и модными брендами стала для ритейлеров не источником прибыли, а скорее символом престижа.